«Все надежды обращены в сторону Тегерана». Нефтегазовые доходы России рухнули вдвое второй месяц подряд
Низкие цены на нефть и укрепление рубля продолжают снижать нефтегазовые доходы российского бюджета. В феврале компании перечислили в федеральную казну 423,3 млрд рублей — на 44% меньше, чем годом ранее. В целом за январь–февраль поступления составили 826 млрд рублей против 1,56 трлн за тот же период прошлого года.
Поступления от налога на добычу полезных ископаемых в феврале оказались даже ниже январских — 437,7 млрд рублей против 440,3 млрд, несмотря на рост средней цены российской нефти Urals с 41 до 45 долларов за баррель. Экономисты связывают это с сокращением добычи на фоне проблем с продажами нефти в Индию. передает The Moscow Times.
На этом фоне дефицит федерального бюджета в феврале мог достигнуть около 1,5 трлн рублей, а за первые два месяца года — примерно 3,2 трлн, что почти соответствует годовому плану дефицита в 3,8 трлн рублей. Аналитики отмечают, что даже рост цен на нефть не способен быстро изменить ситуацию из-за высоких государственных расходов.
«Все надежды российского Минфина обращены в сторону Тегерана», — отмечает экономист Сергей Алексашенко. Из-за войны цена нефти Brent взлетела на 30% за неделю и превышает $90 за баррель, а российская марка Urals стоит уже почти $70. Если Иран сможет продолжать сопротивление и перекрытие Ормузского пролива продолжится хотя бы три месяца, то российский бюджет сможет на этом неплохо «подзаработать», указывает Алексашенко.
По оценкам экспертов, в марте нефтегазовые доходы могут вырасти до 800–900 млрд рублей при цене Urals на уровне 50–60 долларов за баррель. Однако влияние роста цен, связанного с напряженностью на Ближнем Востоке, скорее всего отразится на доходах бюджета лишь в апреле.
Из-за войны в Иране США уже разрешили индийским НПЗ возобновить покупки миллионов баррелей российской нефти, которая «застряла» на танкерах в море после того, как под блокирующие американские санкции попали «Роснефть» и «Лукойл» — две компании, обеспечивающие больше половины добычи и нефтеэкспорта Кремля. Российская марка Urals, которая еще несколько месяцев назад продавалась в индийских портах с рекордными скидками, теперь, наоборот, стоит дороже, чем сорт Brent.
«(Владимир) Путин и его советники, вероятно, решили, что война в Иране служит российским интересам в краткосрочной перспективе», — рассуждает Роберт Персон, старший научный сотрудник Foreign Policy Research Institute в Филадельфии. Помимо роста цен на нефть, Кремлю выгодно отвлечение внимания от войны в Украине, которую не желает прекращать, а также риск для США завязнуть в еще одном «ближневосточном болоте», перечисляет Персон.
